Ублюдочные явления в искусстве

(Воинстувующее искусствоведение)

 

      Материалист   01.05.15 13:54

          Уважаемый Михаил, по поводу силового вразумления псевдохудожников, изображённого в тексте "Хэппенинг заказывали?", Вы написали следующее:

          "Именно так и надо бороться против всей этой погани".

          Такие жёсткие методы борьбы — равно как и методы борьбы гайдаровского Тимура против шайки хулигана Квакина — они продиктованы, к сожалению, именно бессилием нормальных людей. Бессилием как уследить за всеми выходками торжествующих бездарей, так и бессилием успешно противодействовать этим наглым выходкам.

          Если мы, люди, были бы хорошо образованными — в области изобразительного искусства, литературы, музыки и т.п. — то такие вопиющие о своей ублюдочной природе явления, как всевозможные безобразительные "измы", толстоевщина, так называемый "рэп", джаз и прочая какофония не имели бы ни единого шанса на популярность.

          Равным образом при условии реального всеобщего арифметического образования не могли бы существовать и такие жульнические устроения, как финансовые пирамиды.

          Именно опираясь на невежество публики, всевозможные жулики и поднимают сначала волну агрессивной рекламы какого-нибудь рассчитанного на недопонимание толпой мошенничества, а затем пускают это разрекламированное мошенничество в дело и обчищают посредством данного мошенничества карманы дезориентированных невежд. Которые — несчастные невежды — суть всё-таки члены нашего общества. То есть вполне хорошие, законопослушные, поддерживающие основы социума люди.

          К сожалению, с невозможностью дать всем членам общества нужное для нормальной ориентации в мире образование поделать ничего нельзя. Ибо невежество — оно ещё бессмертнее, чем мафия. То есть невежество во всей красе будет существовать даже в обществе наших наследников-машин.

          А ещё лично меня бесит полное торжество в этой сфере двойных стандартов. То есть очевидной непоследовательности в действиях у пропагандистов, у раскрутчиков всевозможных жульничеств.

          Эти жулики всегда оправдывают возможность, разрешённость раскручивания своих мошеннических устроений громогласной ссылками на либеральные ценности. То есть на свободы слова, дела и выбора. Типа "мы ведь никого не принуждаем слушать рэп" (хотя на самом деле только он, рэп, кругом и звучит, то есть тут имеет место ситуация монополизма, фактическое, техническое, явочным порядком достигнутое отсутствие свободы выбора).

          Но едва указанное жульё сталкивается даже всего лишь с чисто словесной критикой его, жулья, делишек, как идеалы либерализма, только что поднимаемого им же, жульём, на щит, моментально и начисто предаются забвению. И на любых критиков жульничества сразу спускаются все собаки, в том числе и поддержанные профессиональным насилием — в виде, например, судебных решений — пока у критиков жульничества образцово-показательным образом не затыкается рот.

      Денис   04.05.15 18:52

          Уважаемый Материалист, Вы написали:

          "Если мы, люди, были бы хорошо образованными — в области изобразительного искусства, литературы, музыки и т.п. — то такие вопиющие о своей ублюдочной природе явления, как всевозможные изобразительные "измы", толстоевщина, так называемый "рэп", джаз и прочая какофония не имели бы ни единого шанса на популярность".

          Почему Вы считаете все эти явления ублюдочными? И почему хорошо образованные в области искусства люди должны отторгать их?

      Материалист   04.05.15 22:29

          Уважаемый Денис, для внятного ответа на Ваш вопрос прежде всего приведу определения изобразительного искусства, художественной литературы и музыки.

          В тексте "Логика славы художников" у меня написано, что искусство

          "Это высокое мастерство людей, то есть их способность выполнять такие действия, которые подавляющее большинство других людей совершить не в силах (а значит, даже наивысшие способности орудий, машин искусством не считаются), причём эта способность касается именно таких действий, итогом коих является неповторимый, уникальный в чём-то существенном результат — то есть рутинные результаты высокого класса (повторы, дубликаты картин, скульптур, речей, боевых побед и т.д., достигнутые приёмами, воспринимаемыми средним человеком как однотипные) считаются произведениями не искусства, а ремесла.

          Поэтому нормальный, не одурманенный новейшей околохудожественной болтовнёй человек оценивает объект на его возможную принадлежность к числу предметов искусства сразу, как минимум, по трём критериям: "Могу ли я и подавляющее большинство других людей тоже это сделать?", "Не встречал ли я уже что-нибудь очень похожее?" и "Не автоматическим ли способом это сделано?"

          Если ответы на все данные вопросы отрицательны, то оцениваемый объект признаётся предметом искусства.

          Если же хоть один из ответов положителен, например, "Да, я могу за одну-две минуты нарисовать чёрный квадрат Малевича или каляки-маляки Модильяни" или "Я так сделать не могу, но эта хорошо нарисованная картина является копией другой картины", или "Я так нарисовать не могу, и этот красивый узор уникален, но его создало механическое орудие под названием калейдоскоп", то объект оценивается как не относящийся к числу предметов искусства".

          Стало быть, изобразительное искусство и его предметы — это изобразительная деятельность выдающихся мастеров и плоды данной деятельности. Соответственно, изображение, которое может на скорую руку сварганить любой желающий — к предметам искусства точно не относится. Но именно таковы, то бишь легко могут быть накаляканы любым желающим, все предметы "измов".

          Художественная литература — это развлекающее описание некоей выдуманной игры антропоморфными персонажами. Неразвлекающая же последовательность слов — это не художественная литература. А тупая и нудная графомань. Одним из видов которой является наглая толстоевщина.

          Музыка — это гармоничная последовательность звуков. Всевозможные же отходы от гармонии в сторону диссонансов и разрушения ритма — это отходы от самой музыки.

          Зрители-слушатели-читатели могут выражать, конечно, самые что ни на есть положительные эмоции по поводу таких гадостей, как "измы", толстоевщина и "рэп" с джазом. Но в одном случае все эти положительные эмоции поддельные, фальшивые — то есть зрителям-слушателям-читателям гадость на самом деле не нравится, однако они, точь-в-точь как придворные голого короля из известной сказки Андерсена, опасаются прослыть отсталыми или тупыми. И потому покорно поддакивают создателям гадости.

          В другом же случае эти положительные эмоции настоящи — но всегда по причине именно дезориентированности, зазомбированности зрителей-слушателей-читателей. То есть прежде всего по причине их плохой образованности, недостаточной информированности. Ведь, как известно, в блокадном Ленинграде, в условиях почти полного отсутствия продуктов питания несчастным блокадникам жутко нравился, казался дико вкусным чёрный хлеб. Который в условиях изобилия продуктов является очень слабо востребованной едой.

          Как раз такими "несчастными блокадниками" являются сегодня обделённые муз.культурой американцы. Время от времени эти бедолаги массово открывают для себя и для остального мира — поскольку США держат в руках развлекательную индустрию почти всей планеты, — латиноамериканскую или восточную музыку. Но продолжают, тем не менее, по инерции слушать свои примитивные "кантри", "соул" и прочую англо-негритянскую музыку. А также совсем ублюдочные, но, увы, модные среди дезориентированного населения рэп и джаз (упоминая последний, я имею в виду не нормальную музыку, исполняемую на якобы "джазовых" инструментах, а только импровизационно, то есть на ходу и как попало сварганенные последовательности звуков, извлекаемые из любых источников).

          Уважаемый Денис, в другом моём тексте "Вы спрашивали про красоту?" сообщается следующее:

          "Учёные... установили, что мелодия воспринимается как красивая только в том случае, если воспринимающий субъект предугадывает её звуки. Таким образом, для восприятия мелодии как красивой достаточно всего лишь хорошо её запомнить (сие, однако, вовсе не означает, что абсолютно все последовательности звуков одинаково легки для запоминания — то есть для облегчения своего запоминания последовательности звуков должны подчиняться неким закономерностям, должны соответствовать неким уже заранее заложенным (хоть в результате работы наследственных механизмов, хоть в результате предварительного обучения) в голове у слушателя стереотипам восприятия)".

          В связи с этой научно установленной закономерностью джаз и прочая какофония принципиально не могут восприниматься как музыка, как красивая последовательность звуков: ибо последовательность звуков в этой какофонии изначально неизвестна даже самому её исполнителю.

          И вообще подумайте сами: даже величайшие композиторы всех времён типа Моцарта месяцами корпели над сочинением своих произведений — далеко не всегда имея на выходе результат, безусловно нравящийся взыскательной публике.

          А в джазе как в импровизации любая обезьяна на лопате с ходу, без малейшей заминки выдаёт продукт, который воспринимается слушателями как вполне удовлетворительный и заслуживающий аплодисментов. Хрен бы с ней, с бестолковой и с самовлюблённой обезьяной — но неужели Вы верите в искренность и в музыкальную подготовленность восторженных слушателей этой обезьяны?

          При всём при том, повторяю, что реакция этих слушателей идёт вразрез с упомянутыми выше научными данными.

          Что касается образованности в области изобразительного искусства, то это достаточно массовая, а лет сто двадцать назад вообще доминировавшая в обществе подготовленность к восприятию зрительной информации.

          Дело в том, что в результате естественного взросления каждый нормальный человек начинает правильно представлять, какое изображение хорошее, мастерское, "непростополучаемое", а какое — не очень мастерское, несовершенное, получаемое на счёт "раз-два".

          Нормальной образованностью в области изобразительного искусства обладали, судя по всему, даже наши далёкие предки, оставившие свои рисунки неолитических животных на стенах в пещерах испанской Альтамиры.

Пещерный рисунок

Пещерный рисунок

          То есть уже много тысячелетий назад перволюди прекрасно представляли, что собой представляет такой феномен, как хорошее изображение, не требующее никаких уговоров в адрес зрителей считать это изображение произведением искусства. В отличие от разнообразной псевдохудожественой гадости типа экскрементов Пьеро Мандзони. Которая для своего положительно воприятия требует специальной массированной словесной обработки публики всевозможными манифестами, протестными акциями, арт-скандалами, предаукционными подготовками и пр.

          Только примерно 120 лет назад крикливые бездари, поддерживаемые торговцами предметами псевдоискусства, начали назойливо капать на мозги публике, что, мол, нелепая мазня и даже просто кучки экскрементов — это как раз самое что ни на есть высокое искусство. Находящееся намного выше творений разных там замшелых Леонардо и Рафаэлей. Которые — творения Леонардо и Рафаэлей — даже надлежит, дескать, уничтожить.

          Но, может быть, я что-нибудь преувеличиваю или даже искажаю? Увы, нет: всё обстоит в точности так, как я написал. И крикливая самореклама типа "наше искусство супрематическое, то есть наивысшее", и многочисленные призывы уничтожить произведения художников Возрождения, и представление экскрементов произведениями искусства — это такая же печальная реальность, как "Чёрный квадрат" и фаллос, нарисованный на разводном мосту в Петербурге. За что авторы "фаллоимитации" получили какую-то высокую премию от авторитетного в области искусства жюри.

          Нет, если меня, простого потребителя, объегоривали бы как-то очень хитро, как-то жутко изобретательно, мастерски замаскированно, то тогда я ещё, может быть, и не стал бы возмущаться. Но когда меня дурят именно тупо и вызывающе нагло — я не могу не отреагировать на данный вызов адекватным сопротивлением.

          Стало быть, хорошо образованные в области искусства люди должны отторгать ублюдочное мошенничество, выдаваемое за искусство, потому, что просто приучены, подготовлены своим образованием хорошо распознавать искусство. И, видимо, даже получать положительные эмоции от встречи с ним. Ну, а наглый и тупой обман при помощи вопиюще грубых подделок вызывает закономерное отторжение у всех нормальных людей.

Маленькое дополнение

          Прекрасно понимаю, что мои рассказы про хорошую художественную подготовку пещерных дикарей, про их способность не поддаваться обману околохудожественной пропаганды и т.д. могут показаться и многим людям обязательно покажутся странными, непривычными и даже противоестественными. Но на самом деле ничего особо ошеломляющего в прекрасной музыкальной подготовке некоторых примитивных племён или в нормальном изобразительном восприятии дикарей — нет.

          Мои слова были бы нелепыми только в том случае, если я принялся бы приписывать дикарям отличную подготовленность в онтологии, в ядерной физике, в изготовлении "Боингов" и т.п. Ибо последнее — это именно высококультурные достижения. Здесь требуется действительно чисто человеческое и высокое образование.

          А вот в области эмоций, влечений (например, глубокой любви к детям или к сексуальному партнёру) или эстетического восприятия разум и образование в абстрактных предметах, то есть исключительно человеческие и даже социальные достижения — не нужны.

          Прекрасным музыкальным образованием обладают, например, почти безмозглые (по сравнению с человеком) соловьи и канарейки, прекрасным художественным чутьём обладают райские птицы и шалашники.

          Ещё раз: глубокие и чистые переживания, способность к самопожертвованию, готовность всё сделать ради потомства, лебединая верность, пчелиная социальность — это всё доразумные, дочеловеческие, вполне ещё животные феномены. Люди в этих вещах — в мире далеко не лидеры, не чемпионы.

          Люди безусловные лидеры пока, увы, только в способности подавлять свои почти природные эстетические способности за счёт работы второй сигнальной системы. Иными словами, людей можно словесно обработать в том направлении, что примитив Малевича — это на самом деле супрематив, то есть наивысшее художественное достижение.

          А вот, например, соловью бесполезно втюхивать хрень про то, что он должен прекратить исполнять трели и рулады и срочно перейти на воронье карканье как на якобы гораздо более высокий уровень исполнения, как на самое "супрематическое" пение.

Ещё одно уточнение

          На всякий случай (поскольку неточное понимание изложенной мною критики неискусства — штука довольно обычная) дополнительно объясню свою точку зрения.

          Иногда мне возражают (точнее, думают, что возражают) чем-нибудь типа "А почему вам не нравится такой представитель современного искусства, как Сальвадор Дали?" Или: "А почему вам не нравится такой представитель джаза, как Гленн Миллер — композитор и участник фильма "Серенада Солнечной долины""?

          Но всё дело в том, что Дали вовсе не является представителем так называемого "современного искусства". То есть Дали — это в реальности представитель совершенно нормального, обычного, а вовсе не "современного" искусства. Дали никак нельзя назвать художником от слова "худо", поскольку Дали рисовал более-менее нормальные картины, вкладывая в них и достаточно объёмный труд, и немалое воображение. Его произведения невозможно сварганить мгновенно или чисто механически, то бишь при помощи всего лишь двух-трёх взмахов циркулем, линейкой и малярной кистью — как квадрат Малевича. Или, словно Поллок, беспорядочно выливая краски на холст.

          Равным образом, никакого отношения к критикуемому мной джазу не имеют и такие товарищи, как Гленн Миллер или Утёсов. Иными словами, Гленн Миллер — это совершенно нормальный, по сути классический композитор и исполнитель.

          Люди, увы, очень часто в своих классификациях ориентируются не на сущностные, а на именно бросающиеся в глаза признаки. Например, при восприятии песен Высоцкого в авторском исполнении в первую очередь все мы, люди, замечаем то, что Высоцкий сильно хрипит. Соответственно, подавляющее большинство классификаторов и подражателей Высоцкому ориентируются именно на хрип. Но вот уже много лет как появились исполнители, оставившие Высоцкого по части хрипа далеко позади — например, Джигурда или Розенбаум — однако особой любви к песням этих бездарных клоунов почти никто не испытывает.

          Ну так ведь всё дело в том, что в песнях Высоцкого главное — это вовсе не хрип исполнителя и не сварганенная на коленке и потому почти отсутствующая мелодия. Главное — это беспримерно качественное содержание песен Высоцкого, слова, стихи на уровне лучших образцов поэзии XIX века. То есть лучший современный российский поэт — это вовсе не Вознесенский или Евтушенко, а именно Высоцкий.

          Равным образом, если художник — типа Дали — общается с Модильяни и с Пикассо и даже выставляется с ними в одних залах, то это чисто внешнее, несущностное обстоятельство вовсе не свидетельствует в пользу того, что он, художник, и сам рисует, как Модильяни и как Пикассо. Нет, он вполне может рисовать достаточно качественно.

          То же самое имеет место и с ребятами типа Гленна Миллер: их произведения характеризуются вовсе не джазовыми инструментами типа саксофона, гитары или трубы с сурдиной, на которых эти произведения исполняются. Ведь, как известно, существуют умельцы, неплохо исполняющие фуги Баха на балалайке. Однако от этого исполнения на балалайке фуги Баха не становятся русской народной музыкой.

          Соответственно, не надо принимать инструментальное выражение за саму музыкальность-немузыкальность последовательности звуков.

          Иными словами, в случае немузыкальности некоей последовательности звуков эту последовательность звуков не спасёт даже её самое что ни есть классическое инструментальное выражение: сегодня в относительно больших количествах существуют горе-композиторы (точно так же, как и горе-художники, именующие себя "современными") для классических оркестров, которые сочиняют антимузыкальные произведения.

          То бишь последовательности звуков, полностью состоящие из сбоев ритма и диссонансов. А потому больше всего похожие на настройку инструментов оркестра перед исполнением симфонии.

          Таким образом, истинный джаз — это вовсе не произведения Гленна Миллера или Утёсова, а чисто импровизационное извлечение из любых инструментов нарочито особых в своей немузыкальности, негармоничности звуков.

          В общем, если что-то создаётся быстро, на ходу и в больших объёмах (как джазовая импровизация или как объедок от "современного искусства"), то сие "что-то" со стопроцентной вероятностью — кучка экскрементов.

 











        extracted-from-internet.com@yandex.ru                                                                                       Переписка

Flag Counter Библиотека материалиста Проблемы тяжёлой атлетики